«Монологи ночи: Бриттен — Шостакович — Вайнберг»
Освещение «темных» страниц его жизни,
Поиск параллелей с вокальным циклом Б. Бриттена «Серенада» и Симфонией № 7 для струнных и клавесина М. Вайнберга,
Ответ на вопрос: какой финал произведений выбирает каждый из композиторов, — на лекции музыковеда Евгении Новоселовой.
Поясняя суть концепции получившегося произведения, ставшего впоследствии 14-й симфонией, Дмитрий Шостакович писал: «Мне пришло в голову, что существуют вечные темы, вечные проблемы. Среди них — любовь и смерть…». Симфония посвящена Бенджамину Бриттену.
Шостакович всегда искренне восхищался музыкой Бриттена и говорил, что если бы не языковой барьер, они стали бы друзьями. Однако оба композитора давно говорили на одном языке: художественные миры их сочинений наполнены сходными образами и мотивами, а музыкальный язык — близкими приемами и трактовкой жанров. Смысл произведений познается из подтекстов, сотканных из аллюзий и автоцитат.
То же можно сказать и о Мечиславе Вайнберге — музыкант не только считал Шостаковича своим учителем (скорее, духовным), их связывала крепкая творческая дружба: Шостакович был первым слушателем и ценителем произведений Вайнберга, вместе они исполнили и записали Десятую симфонию Шостаковича в авторском переложении для фортепиано в четыре руки. Музыкальный язык Шостаковича был ассимилирован М. Вайнбергом, сумевшим не потерять и свой творческий почерк.
Трагическое мироощущение эпохи, экзистенциальные музыкальные монологи, исповедальность, мучительные поиски ответов на вопросы воплощаются в ключевом образе художественных миров композиторов — образе Ночи, связанном и с темой смерти, и с иллюзией покоя.